1. Общее описание
Основная проблема, которую решает Боддикер, заключается в традиционном обвинении ницшеанского «перспективизма» в релятивизме. Автор считает существующие ответы в литературе недостаточными, так как они часто впадают в крайности: либо отрицают всякие эпистемологические амбиции Ницше, сводя всё к вопросам психологического здоровья (как Кен Гемес), либо пытаются выстроить на основе его слов строгую неокантианскую теорию познания (как Ланье Андерсон). Боддикер предлагает «срединный путь», интерпретируя перспективизм не как теорию истины, а как методологию исследования, направленную на решение конкретных проблем морали.
Метод автора заключается в детальном анализе фрагмента «К генеалогии морали» (GM III 12) в контексте полемики Ницше с Артуром Шопенгауэром. Боддикер доказывает, что главной мишенью Ницше является шопенгауэровский идеал «чистого, безвольного, безболезненного и вневременного субъекта познания». В противовес этому автор опирается на понятие «аффективной ориентации» (заимствованное у Пола Катсафанаса), чтобы показать, как чувства не только мешают, но и способствуют познанию.
2. Основные тезисы
- Двусоставность перспективизма: Он включает в себя дескриптивное утверждение (всякое исследование направляется и формируется аффектами) и прескриптивное утверждение (мы исследуем лучше, если подходим к предмету аффективно вовлеченно, а не отстраненно).
- Определение «перспективы»: Перспективы — это не просто убеждения или концептуальные схемы, а аффективные интерпретации, которые делают определенные черты мира значимыми (салиентными) для субъекта.
- Новая «объективность»: Объективность для Ницше — это не отсутствие интереса (что он называет абсурдом), а способность владеть своими «за и против», переключаясь между различными аффективными интерпретациями для более полного охвата предмета.
- Интеллектуальная совесть: Познание требует критического исследования собственных интуиций и поиска «предыстории» наших оценок в аффектах и драйвах, которые часто остаются неосознанными.
3. Краткий пересказ содержания
Большая часть текста посвящена обоснованию того, почему аффекты необходимы для познания, и как именно они его улучшают. Автор подробно разбирает аргументацию Шопенгауэра, для которого интеллект — лишь инструмент воли, а истина достижима только при «молчании воли». Боддикер показывает, как Ницше обращает это против самого Шопенгауэра, диагностируя его идеал «чистого познания» как симптом аскетического самопрезрения и воли к «анти-природе».
Далее автор анализирует понятие «интеллектуальной совести» на материале работы «Веселая наука». Он подчеркивает, что Ницше призывает относиться к собственному опыту сурово, как к научному эксперименту, и не принимать на веру суждение «это правильно» только потому, что оно кажется возвышенным или привычным.
В качестве практических примеров Боддикер рассматривает:
- Критику Пауля Реэ: Реэ совершил методологическую ошибку, так как не подверг сомнению свою аффективную привязанность к ценности «неэгоистичного», приняв её как данность перед началом исторического исследования.
- Притчу о ягнятах и хищных птицах: Автор объясняет, что Ницше использует этот образ, чтобы заставить читателя выйти за пределы привычной моральной ориентации и почувствовать ситуацию с точки зрения «птицы», что позволяет вскрыть аффективные корни добродетелей в ressentiment.
В заключительной части статьи Боддикер резюмирует, что перспективизм — это призыв испытывать свои интуиции на прочность, используя многообразие чувств как инструмент для более глубокого понимания условий возникновения моральных ценностей.